ГДЕ ЖИТЬ В РОССИИ?


Мы начинаем понемногу приближаться к реальности вопроса “Где жить в России?”. Однако даже внешне смелые заявления, к сожалению, не отражают самого главного — собственно самой проблемы. Проблема всё-таки лежит совсем в другой стороне. Она не в экономике, не в общественной ситуации и даже не в долгосрочном курсе правительства. Проблема — культурная, и она в том, что в 21 веке в северной и необъятной России невозможно и дальше жить по индустриальному, в хрущобах и многоэтажных монолитах, или по-аграрному, в избах.
Нынешнее жильё абсолютно не отвечает не только неизмеримо возросшим и имеющим мировые показатели потребностям населения, но и задачам экономической результативности. Ведь само по себе строительство жилья — квартиры или дома — в реальной экономике жизнедеятельности людей на деле занимает очень небольшое место — не более 10 процентов.
Основные расходы и усилия приходятся на базовую систему и, главное, на использование жилья, т.е. на обустройство жилья (мебель, ремонты) и ежедневные расходы по жизнеобезпечению (отопление, вода, газ, электричество и т.п.), а также на оплату последствий низкого качества жизни, в основе которого лежит низкое качество жилья: расходы на здо-ровье, демографический вырождение (сверхнизкая рождаемость и сверхвысокая смертность), низкую возможность целевого расселения в благополучные места и сообщества.
Мы строим жильё, которое потребляет неразумно большое количество энергии и при этом является недружественным к проживающему в нём человеку: тесным, нездоровым. Мы по-прежнему пребываем в течениях, которые можно было бы назвать индустриальной направленостью (скученное высокоэтажное строительство) и которые уже в конце 1970-х годов стали показывать свою неосознанность. Укажем только на один факт — необычный размах дачного движения, которое по факту выступило кривой заменой новой постиндустриальной усадебной системы расселения.
И все начинания сегодня по бездействию идут в рамках именно этой предельно наезжен-ной колеи, превратившейся для нашей страны в своего рода рок. Именно такое строительство и расселение мы, не долго думая, называем централизация, как будто возможна толь-ко одна-единственная подобная направленность, и тем самым ставим крест на иных, иных типах направленности. И это печально. Поскольку к концу советского периода в нашей стране возникли все необходимые предпосылки для перехода к чрезвычайно бережливому и здоровому жилью.
Во-первых, появились технологии и материалы, которые позволяли решительно снижать затраты на использование дома и резко повышать экологичность жилища.Возникли не-дорогие проэкты так называемых энергопассивных домов, потребление энергии в которых легко снижалось в пять и более раз и качество жизни в которых резко повысилось. Стали создаваться проэкты и строиться  экодома (здоровые дома). Стали появляться и первые спланированные малоэтажные поселения (в рамках так называемых агрогородов и интересного в целом процесса “сближения города и деревни”).
Во-вторых, стали строиться небольшие и продуктивные промышленно-технологические системы, которые позволяли существенно снизить зависимость городов от так называемых градообразующих производств, когда город на самом деле создавался и рос моно-профильным при одном гигантском производстве и не имел самостоятельной возможнос-ти.
В-третьих, начали зарождаться другие формы жизни и общения, общественные системы. Окончательно исчерпал себя классовый подход, в катастрофическом положении оказалась деревня, росло общее мироуправство жизни и интерес людей к разнообразию жизненных стилей и содержательности так называемого быта.
Для лучших людей того времени, прежде всего для последнего министра строительства СССР Ю.П. Баталина и его первого зама А.С. Кривова, стало ясно, что требуется градостроительная революция, в основе которой должно лежать преобразование и строительство новых малоэтажных городов, которые бы в корне изменили жизнь людей, соединив в новом творческом синтезе преимущества сельского и индустриального расселения и превратив усадебное домостроительство в новое российское градостроительство и в ключевую отрасль восстановления жизни в стране.
Начало такой революции было положено в 1989 году постановлением ЦК КПСС и Сов-мина СССР “О развитии индивидуального жилищного строительства”.Данный документ впервые после эпохи массовой застройки общественным многоэтажным жильем на основе бетона разрешалось индивидуальное строительство. И, несмотря на известную ограниченность этого разрешения (так, под индивидуальную застройку предлагалось выделять землю исключительно класса “неудобье”), оно положило начало малоэтажному домостроительству, иного массовому многоэтажному многоквартирному жилью.
Но та страна уже была на излёте. К несчастью, в позднем СССР не оказалось крайней массы государственных людей, которые бы сумели обобщить указанный ход и “сбить” его, убеждённо новый целевой вариант для организации полноценной жизни населения на новых основаниях. Энергия ушла на скуку, дачи-“скворечники”, “фазенды”, и развал СССР.
К сегодняшнему дню в этом плане почти ничего не изменилось. Проблема нового градостроительного развития осталась. Только она стала ещё более острой и опасной для страны, да к тому же серьёзно провалилась экономика и произошло небывалое общественное разделение населения.
Убеждён, мы не настолько богаты, чтобы строить жутко дорогое в эксплуатации и неполезное жильё.
Следует мировоззренчески по-новому посмотреть на проблему жилища — не как на головную боль для каждой семьи (как сегодня) или для государства (как вчера), а как на высокоразвитый вызов и особенный способ одновременного решения общественных, экономических и других привычных нам вопросов через переход на убеждённо новое усадебное расселение и к новым экономичным и здоровым городским формам жизни.
Для этого и нужна творческая мощь Державы.
Организация градостроительной революции тождественна течениям создания атомной бомбы или первых космических кораблей. Поэтому и нужен здесь державный проэкт.
Что же для этого нужно?
Российская Держава должна принять национальную программу со сроком в 7-10 лет с условным названием “Дом в России” и назначить единоличного ответственного за её исполнение. Согласно этой программе в России необходимо построить не менее 1000 новых малоэтажных городов размером от 5000 и более усадеб.
В качестве механизма исполнения национальной программы следует организовать коми-тет градостроительного развития (на тот же срок в 7-10 лет), причём в статусе силового комитета.
В фонд национальной программы из державной казны должно ежегодно передаваться около 50 млрд. рублей и столько же и больше из бюджетов иных уровней. Не менее важно, что в этот фонд должны быть переданы прямые права на землю под новые мало-этажные города. Эта земля должна будет предоставляться бесзоплатно в собственность без права на продажу или длительную аренду для владельца усадьбы.
Новые города имеет смысл создавать как на окраинах уже существующих городов, так и в качестве действительно новых отдельных поселений. Градообразующими при этом выступают транспортные системы — как уже имеющиеся, так и вновь создающиеся. Именно такие города задают осмысленность понятиям транспортных коридоров и коридоров раз-вития.
В таких городах потребуется создание новейшей промышленности, организуемой вокруг научно-исследовательских и мелкосерийных промышленных артелей, разрабатывающих и применяющих так называемые простые технологии — т.е. “сворачивающие” ранее громоздкие производства в небольшие заводы на которых работают по нескольку десятков человек. При этом, разумеется, будут строить и крупные производства, объединяющие во-круг себя несколько подобных поселений и традиционные города за счёт правильно организуемых транспортных схем.
В положении, когда золотовалютные резервы страны растут на полтора — два миллиарда долларов за неделю (то есть как раз те самые 50 миллиардов рублей, что и требуются для градостроительной революции — но не в неделю, а в год), исторически близоруким является отказ высшего руководства страны от 2-3 национальных программ типа “Дома в Рос-сии», которые бы собрали мощный финансовый и управленческий ресурс на направлении просвещённого прорыва.
Если в руководстве страны найдутся несколько человек с воображением, то уже через десять лет мы и весь мир можем не узнать России. Пространство выступит её уникальным ресурсом и от тысячи новых городов лик её преобразится. Легендарная Гардарика — страна тысячи новых городов — вернётся в Россию через тысячу лет.
К пятидесятилетию полёта Юрия Гагарина мы имеем шанс и возможность повторить здесь, на земле, проэкт, подобный космическому, и показать всему миру, как Человек может разумно, с пользой для себя и без вреда для природы преобразить свою жизнь и мир вокруг себя.
Автор — Ю.В. Крупнов

Похожие записи

Оставить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.