Расселение создаёт культуру и державность


Восстановление и развитие России невозможно только в виртуальном плане: образов, дискуссий, выборов, лозунгов и визитов. Необходимо всецело материальное преобразование поверхности наших просторов, достоверное преображение страны по конам истины, добра и красоты. Мы должны деятельно и преобразовательно отнестись к природе нашего жизнебытия и, не ломая уклады и традиции, переорганизовывать и перевоссоздавать собственное пространство.
Именно в отношении к пространству и территориальному ресурсу Державы проявляется политическая мощь и мудрость. А по отношению к расположенной на двух континентах и гигантской, первой в мире по площади России это верно вдвойне.
Процветание, общее устроение, полнота и качество жизни народов определяется правильностью организации ими собственного пространства жизни. Такая правильная организация собственно и составляет главную задачу градостроительства. Именно поэтому градостроительство всегда являлось и всегда будет являться важнейшим державным и просвещённым делом[i]. При этом градостроительство как духовное общее дело материального преобразования и устроения пространства для жизни, существует через проектирование и реализацию систем или схем расселения.
Огородить, обустроить, разметить, размежевать, пометить, проложить, построить, расе-лить – вот здесь ключевые глаголы.
Российское градостроительство возникло как сфера, которая должна была технически обезпечивать обустройство расширявшейся России – сначала княжеской, потом царской, потом имперской и потом советской.
Тысячелетний дух российской державности вёл расширение или, как ещё иногда очень правильно говорят, раздвижение земель. Раздвижение сопровождалось, как правило, ускоренным ростом населения. Миссионная идеология открывала и предоставляла всё новые и новые земли, на которых селила всё новых и новых людей.
Освоение новых территорий начиналось всегда с одного и того же: с того, что расчищалось и огораживалось наилучшее место и на нём ставился какой–то город, а в нем – собор. Этимологически сочетаются связанный с «оградой», «ограждением» город и «собор». И каждый поставленный город обозначал не природное и не чужое явление, а опорную систему пространства российской державности.
Из подобной деятельности и возник термин «градостроительство», хотя многие почему-то думают, что это – «строительство в городах». Нет, это размещение, определение места для расселения, для строительства городов, сел, любых строящихся сооружений и объектов в пространстве страны, региона, города, района, участка.
Градостроительство по существу и есть продумывание и организация наиболее продуктивных схем расселения на данной территории в данной стране и в данное время. Для градостроительства нужна воля.

Сегодня единой градостроительной политики и даже взгляда на градостроительную организацию, долгосрочного взгляда на свое строительство, нет. Более того, действующие персоны, занимающиеся политикой, субъекты, которые в последнее время являются активными игроками в инвестиционно–политической деятельности, действительно пос-тавленны в ситуацию, когда они могут заниматься очень ограниченными во времени и пространстве задачами. А если совсем просто – преимущественное занятие состоит в реализации корыстных и частных схем.
Но ни при каких обстоятельствах совокупность корыстных воль не принесёт процветания России. Это самое важное на сегодня понимание. Для умных и совестливых. Однако ресурс раздвижения земель духом российской государственности по типу расширения и буквального освоения новых, нетронутых и целинных земель, в значительной степени давно уже исчерпан.
Поэтому сегодня ключевой является проблема освоения уже первично освоенных земель, формально занятых и частично обжитых.
Как ранее во главе угла стояла заселение и освоение Сибири и Дальнего Востока – теперь происходит расселенческое освоение уже формально занятых и частично обжитых земель.
Неограниченный геостратегический ресурс России – в разработке и воплощении разно-образных постиндустриальных и многоукладных систем расселения.
Система расселения есть организация способов производства, воспроизводства и развития на территории в целях достижения и наращивания наивысшего, сопоставимого с мировым и полностью преобразованного качества жизни.
Почему именно система расселения является ключевым геостратегическим ресурсом?
Потому, что она может опираться только на фактическую персональность и на доступный для собственности ресурс – в первую очередь землю, природные богатства, недвижимость, человеческий капитал, а не безпредметные представления о желательности действий чужих для данной территории персон в мире и на ожидание инвестиций «со стороны».
Система расселения показывает связь и многообразие существующих и требующих проектирования укладов с точки зрения поколенческой программы на 30 – 50 лет. Отсюда, кстати, неотъемлемой стороной системы расселения является аренда земли на 99 или, как минимум, на 49 лет – т.е. на срок, необходимый для поколенческих расчётов и планирова-ния. Именно за производство и смену систем расселения и отвечает градостроительство.
Градостроительство поэтому есть наука, искусство и практика организации расселения. Главным продуктом градостроительства является система расселения как средство для данной территориальной общности осуществить поколенческое программирование и дотигать наивысшего качества жизни.
В определенном смысле разработка систем расселения может рассматриваться как продолжение уникальных работ по созданию замкнутых систем жизнеобеспечения в рамках космических и оборонных программ 20-го века.
Не случайно, что интересные проекты последних лет в области градостроительства и домостроительства, практической экологии связаны именно с преобразованием космического или общего ВПК.
Так, несколько выдающихся наших советских русских мыслителей, прежде всего Побиск Георгиевич Кузнецов и его коллеги (Валентин Головин и др.) сознательно делали с 70-х годов основной своей работой продумывание земных систем жизнеобезпечения и расселения на основе проектирования космических орбитальных станций и сверхдальних космических ракет (на Марс и пр.).
Проект «Экодома» создан замечательным новосибирским конструктором Игорем Огородниковым, который до этого занимался разработкой торпед для подводных лодок.
Но это техника и технология. Смысл же и цель градостроительства – его миссия и целевой план – состоит в том, чтобы преобразовывать облик страны и «материальным» образом, строя и перестраивая новые города и полисы, создавать новую культуру и общность в России. Россия не может позволить себе оставаться в том состоянии, в котором она сегод-ня находится. Продление этого состояния – путь к распаду и исчезновению России.
Поэтому сегодня требуется не просто курс на развитие страны, а на самое решительное развитие Державы. Нам сегодня уже не помогут ни реформы, ни модернизации.

Если мы желаем пройти 21 век как мировая Держава, то мы должны за семь ближайших лет в 2-3 раза увеличить качество и уровень жизни населения России по отношению к качеству и уровню жизни основного населения СССР в 80-е годы прошлого века.
Индустриализацией начала 21 века, которая займёт первые 20 – 30 лет этого столетия, должен стать повсеместный прорыв в лучшее в мире качество жизни, когда каждый желающий в России будет иметь отдельный дом, усадьбу, прекрасную природу и достойный своей личности всемирный круг очного и заочного общения. Мы должны рас-селить себя так, чтобы мы получили мировое и даже лучшее в мире качество жизни.
Буквально в любом районе и каждой «точке» России мы должны, применяя все ресурсы и культуру, «делать» жизнь наивысшего качества, всесторонне улучшать жизнь и делать качество жизни мировым, т.е. сопоставимым с качеством жизни в любой точке Земного шара. Россия в 21 веке на всей своей территории, повсюду может и должна стать местом, где стоит жить в 21 веке. В этой задаче нет ничего необычного.
Так получилось, что подсчитанные показатели уровня и качества жизни, стандартизованные и отнормированные по отдельным характеристикам развитых стран мира (и, прежде всего, США и Европы) и выраженные в количественной денежной форме, совершенно закрыли тот факт, что качество жизни является понятием многомерным и не сводимым к отдельным техноорганизационным характеристикам[ii].
Качество жизни и разнообразные его показатели используются для характеристики благосостояния и благополучия общества. В отличие от «уровня жизни», который характеризует только экономические и внешние условия существования человека, «качество жизни» отражает состояние самого человека в хозяйственно-общественной реальности его фактической жизни.
Суть различия между этими понятиями показывают следующие примеры.
Когда в бытность СССР эскимосов переселили из чумов в комфортабельные квартиры, уровень их жизни повысился, но уровень смертности резко возрос и, как сформулировал один из обществоведов, «они стали вымирать от тоски». В ГДР после присоединения к ФРГ материальные условия улучшились в 3-5 раз, однако, уровни самоубийств, преступности и смертности выросли.
Российскими учеными, (демографами, медиками, философами, североведами, экономистами, общественными политиками, педагогами) разработаны различные комплексные рекомендации, включающий три блока параметров. Включаемые данные должны отвечать следующим требованиям:

– отражать наиболее важные общественные данные, имеющие объединяющее значение для общества и отражающие его собственное ощущение себя благополучным или неблагополучным;
– однотипно восприниматься любым Человеком на всей территории России, объединяя всех единым пониманием;
– обладать достаточной чувствительностью и способностью быстрого реагирования на обстоятельства, изменяющие условия жизнедеятельности;
– иметь доступные для стандартного измерения количественные характеристики, обезпечивающие возможность сравнительной оценки и слежения за динамикой.

Первый блок параметров качества жизни характеризует здоровье населения и демографическое благополучие, которые оцениваются по уровням рождаемости, продолжительности жизни, естественного воспроизводства.

Второй блок отражает удовлетворенность населения индивидуальными условиями жизни (достаток, жилища, питание, работа и др.), а также общественная удовлетворенность положением дел в Державе (справедливость власти, доступность образования и здраво-охранения, безопасность существования, природное благополучие). Для их оценки используются общественные опросы представительных выборок из населения. Объективным индикатором крайней неудовлетворенности служит уровень самоубийств.

Третий блок параметров оценивает духовное состояние общества. Уровень духовности определяется по частоте нарушений общечеловеческих нравственных заповедей: «не убий», «не укради» , «почитай отца и мать своих», «не сотвори себе кумира» и др. В качестве единиц измерения используются данные официальной статистики о обществен-ных аномалиях, которые считаются «грехом» против соответствующих заповедей: убийства, грабежи, тяжкие телесные повреждения, брошенные пожилые родители и дети, алкогольные психозы. Там, где такие проступки встречаются чаще, уровень нравственного состояния хуже.
Для проведения международных стандартизованных сравнений предлагается различные упрощенные показатели качества жизни. Он включает три основных параметра: продолжительность жизни взрослого населения, самоубийства и убийства. Важной стороной качества жизни является уровень переселения.
Эти показатели близки к принятому в ООН с 1990 года Индексу человеческого развития (ИЧР), который вычисляется как среднее взвешенное долголетия, образованности и материального благосостояния и позволяет выстраивать страны на основе сравнения дан-ной ситуации с наилучшими и наихудшими достижениями и другими существующими и уже достаточно хорошо опробованными в мировой практике показателями и нормами.
Очень важно, что качество жизни задает содержательные основания для хозяйствования и экономики, является важнейшим внеэкономическим показателем правильности и основа-тельности региональной и местной экономической политики[iii].
Одновременно качество жизни является обобщающим показателем организации жизни в регионе в целом, во всех её сферах. Это позволяет говорить о целесообразности использования норм и стандартов качества жизни для организации региональной страховой политики крупных страховых компаний. Под стандартами качества жизни имеются в виду предельно вариативные нормы, крайне разнообразные, многоадресные и типологически организованные для разных групп населения и под разные схемы работы. Такие стандарты включают следующие показатели:

* Рождаемость и смертность
* Количество свадеб и разводов
* Реализуемость права ребенка жить и воспитываться в семье
* Будущее детства и жизни
* Доступность образования
* Качество образования
* Разнообразие образовательных услуг
* Доступность объектов культурного назначения
* Развитость общественной системы и общественных служб
* Развитость системы общественного обезпечения неимущих и пожилых
* Доступность медицинских услуг и их качество
* Разнообразие систем профессионализации
* Наличие надежды на занятость

Подобная стандартизация впервые позволяет организовывать российскую систему страхования, включающую адресную работу с самыми различными группами населения, при этом риск страховых операций сводится к минимуму, а круг возможных потребителей

адресных, «точечных» страховых услуг значительно расширяется.
Важнейшим шагом по пути к мировой Державе могло бы стать создание системы обезпечения лучшего в мире качества жизни в России и особого показателя «Северного качества жизни», определяющего соотношение качества жизни в России и в других территориях мира. Такой российский показатель и стандарт качества жизни мог бы стать особым символом и показателем того, как в наше время жить полноценно, достойно, надёжно.
Если мы определим в качестве технологических целей нашей страны и ее народов на ближайшие примерно десять лет достижение качества жизни, то у нас появится хорошее рабочее основание для того, чтобы определить то, что конкретно должна строить страна, в чем конкретном должен участвовать, по-своему, разумеется, каждый без исключения житель? Какое общее дело должно быть у народов нашей страны, без уничтожения различий и творческого неравенства?

Такое общее дело – создание в Российской Державе к 20.. году наивысшего в мире качества жизни.
Категория качества жизни должна стать центральной для державного управления и определять показатели планирования восстановления и развития страны на долгие годы.
Заметим ещё раз: понятие качества жизни ни в коем случае нельзя путать с понятием уровня жизни.
Качество жизни является объединяющей характеристикой, в которую входит согласованный комплекс параметров: наличие возможности высококвалифицированного и интересного труда для каждого взрослого человека, уровень жизни, свободное время и качество этого свободного времени (досуг), число и характер самоубийств (особо выделяя само-убийства детей и подростков), смертность и состав смертности, будущность и безопасность детства, семейность, количество детей в семье, частота разводов, здоровье и образование детей, качество питания, качество одежды (особенно ежедневной), качество информации с точки зрения её достоверности и полноты, ценовая и техническая доступность передвижения по стране, безопасность на транспорте и общая безопасность, отсутствие криминального давления, естевственная чистота и порядок и пр.
Один частный, но наглядный пример.
В СССР создана особенная система внешкольного образования, в виде дополнительного образования (дворцы творчества детей и юношества, кружки и пр.). То, что в зарубежных странах и в международном языке обозначается как «неформальное образование» и, что нередко при переводе, отождествляется с нашим дополнительным (внешкольным) образованием, безусловно, не идет ни в какое сравнение по всем статьям (содержательность, доступность, системность, разнообразие и пр.).

Исключительную важность имеет отстаиваемая идея о том, что в СССР 70-х годов было достигнуто качество жизни, на деле сопоставимое с качеством жизни в наиболее развитых зарубежных странах. И цель Российской Державы на ближайшие семь-пятнадцать лет – восстановление лучших сторон советского качества жизни и  подъем качества жизни в целом.

Методология связи качества жизни и планируемой общности как смысла и цели эконо-мики и промышленного развития содержится в работах М. Голанского, Н. Римашевской, В.В. Давыдов, В.В. Коссова и др., важны здесь также работы в рамках таких интересных направлений как «эконометрика» и «эргономика».
Но, конечно, сегодня нужны срочные и опережающие разработки по проектированию всех сторон требуемого качества жизни и определение соответствующих и эффективных средств достижения планируемого качества жизни. Здесь потребуется собрать комплексные коллективы, которые бы состояли не только и не столько из экономистов, но, в первую очередь, из специалистов неэкономистов (демографов, медиков, гуманитариев, общественных политиков, педагогов, психологов и психиатров, философов, методологов, профессионалов в области стандартизации и статистики и пр.).
Необходимо будет построить сквозную систему общественных «комиссий качества жизни» на территориях, которые бы на конкретных местах анализировали фактическое качество жизни, проектировали бы необходимые новые реальные элементы повышения качества жизни и экспертировали бы предлагаемые специалистами конкретные средства и механизмы достижения проектного качества жизни.
Такая общесоюзная российская сеть комиссий качества жизни смогла бы реально «включить» местное самоуправление и задать предельно конкретный смысл действий людей на местах, выступило бы элементарной единицей общественной самоорганизации и конструктивно встроило не только патриотическую, но и экологическую, гуманитарную и пр. идеологии.
Но главным смыслом введения программы качества жизни станет «прикрепление», «привязка» к показателям качества жизни систем расселения и направленно-градостроительной политики в целом.
Важно, что категория качества жизни, с одной стороны, позволяет, как и категория экономического роста, измерять, организовывать и осуществлять регулируемое долгосрочное планирование, а, с другой стороны, в отличие от категории экономического роста не является свободной и привязанной к легко «регулируемой» статистике.
Если нам удастся расселять себя так, чтобы в каждой точке страны преобразовывать и повышать качество жизни, то через десять лет ни мы, никто другой не узнаем Российскую Державу.
Таким образом, расселение является не только важнейшей государственно-национальной и культурной задачей. Само расселение создаёт культуру и государственность, воссоздаёт тысячелетние традиции народной жизни.
А отсутствие правильно замышленного и организованного расселения ведёт к запустению и нарушению всех «естественных» законов.
Хорошим примером, но малоприятным фактом, является ситуация с расселением в европейской части России.
В настоящее время центр населенности РФ давно уже как находится в Башкирии. Именно там плотность населения и рост плотности населения являются наивысшими.
А перед 1917-м годом самым населённым и заселённым являлся так называемый Среднерусский регион. И именно он в наши дни является одним из самых малозаселённых. Как мы уже писали в этой книге, до революции 1917-го года в Среднерусском регионе проживало около 12 млн жителей, а теперь – не более 2,5.
Уникальным примером расселенческой политики является деятельность Екатерины II, которая в 60-е годы XVIII века сумела увидеть и сформулировать крупномасштабную даже по современным меркам градостроительную программу, которая затем последовательно была реализована в последующие примерно пятьдесят лет.
Этот полувековой и вековой масштаб преобразовательного мышления сам по себе является удивительным делом и должен стать образцом державного ума и сознания.
Причём предметом переустройства выступала, прежде всего, провинция, за счёт чего и осуществлялось введение провинциальных территорий и целых губерний (сегодня мы обычно говорим о регионах) в общее созидательное пространство единой державности. Это и воспроизводило и порождало заново саму российскую державность.
Подробный и впечатляющий пример такого преобразования в масштабе целой губернии (Тамбовской) представляет в своей диссертационной работе исследователь Н.В. Грязнова.
В конце XVIII в. города становились искусственным порождением государственных реформ, так как создавались не в результате их экономического или общественного развития, а «назначались» волевым решением правительства. Для учреждения города достаточно было объявить то или иное место городом, а его жителей городским сословием. Определяющим моментом в этом процессе была правительственная инициатива. Она же диктовала правила пространственной организации территории, вот почему на основе одной и той же сети населенных пунктов, с каждой новой правительственной инициативой создавалась новая система городского расселения.
Сельские территории, окружающие города, по замыслу Екатерины II должны были производить впечатление цивилизованного пейзажа, основанного на разумной хозяйственной деятельности. Для реализации задуманного, в 1765 г. был объявлен Манифест о генеральном размежевании земель, отличие которого от всех предыдущих законов о землевладении заключалось в признании за владельцами права на те государственные земли, которые были самовольно освоены ими до 1765 г.
…В провинции начался активный процесс распашки государственных земель и их юридическое узаконивание путем частного межевания… Значительный рост частновладельческих земель продолжался и в начале XIX в.
…Перераспределение государственных земель привело к тому, что к 1815 г. в Елатомском, Темниковском, Моршанском и Шацком уездах частная собственность стала преобладать над государственной, в остальных уездах она занимала значительную часть. Учитывая тот момент, что в соответствии с екатерининским указом к частным владениям присоединялась только освоенная земля, можно оценить роль генерального межевания в процессе создания того цивилизованного пейзажа, о котором мечтала Екатерина II.
Но, для действительного введения этих территорий в хозяйственный оборот, требовалось постоянное присутствие здесь крестьян, и в конце XVIII – начале XIX вв. началось активное заселение пространства губернии сельскими поселениями. Изучение архивных материалов (РГАДА ф.1355) показало, что с 1795 по 1815 гг. на территории Тамбовской губернии появилось 608 новых поселений, то есть в среднем ежегодно возникало не менее 30-ти. Пространство приобретало новые качественные характеристики, оно «выравнивалось», «оживало». Сеть сельских поселений из локально-линейной преобразовывалась в равномерно рассосредоточенную, или дисперсную, она отличалась от старой большей плотностью, большей равномерностью и более сложной структурой. В нее входили слободы, посады, села, сельца, деревни и погосты. В документах 7-ой ревизии (1815 г.) была зарегистрирована новая, для Тамбовской губернии, форма сельского поселения – хутор. Развиваясь за счет внутреннего экономического потенциала, структура сельских поселений была «мобильной», в отличие от постоянно установленной городской. И, если назначение поселения городом зависело от персональной воли правительства, то переход сельского поселения из одного статуса в другой был процессом объективным, естественным, связанным с его ростом и качественным развитием.
Идеальные образы сельского жительства, не получившие законодательной конкретизации, распространялись в обществе просветительским путем – на страницах научных и журнальных изданий. В 1783 г. в трудах Вольного Экономического Общества был напечатан проект «крестьянского жилища», выполненный в нескольких планировочных и строительных вариантах. Но реализация сельского идеала в государственных поселениях, в силу отсутствия материальных средств, оказалась затеей невыполнимой, тем не менее, она смогла осуществиться в частновладельческих имениях, так как вошла составной частью в очередную идеальную модель – модель усадебного бытия.
 Работа Н.В. Грязновой, выполненная в Московском архитектурном институте (Государственная академия) на кафедре История архитектуры и градостроительства поистине замечательна и позволяет нам сегодня, в начале 21 века, посмотреть на себя и свою историю с другой стороны, перестать множить своё уныние и лень безконечными разговорами о наших трудностях и невзгодах, преимуществах или недостатках социализма или капитализма.
Без личного общегосударственного усилия ничего и никогда не появится и не сохранится. Строится и процветает у того, кто вкладывает в это совесть и душу.
Как следует из представленного Екатерине в 1781 г. графом Безбородко перечня её деяний за 19 лет царствования было не только отвоёвано у Польши и Турции земель с населением до 7 млн душ обоего пола, а число жителей ее империи с 19 млн в 1762 г. возросло к 1796 г. до 36 млн, но и было устроено губерний по новому образцу – 29, а новых городов построено 144.
Вероятно, непосредственным примером для Екатерины II стал прусский король Фридрих II Великий.
В течение примерно 20 лет в 1740-е и 1750-е годы он организовал восстановление заброшенных и заболоченных территорий по реке Одер и построил 280 образцовых поселений.
После двух Великих – Фридриха и Екатерины – невозможно представить себе высшее державное управление без серьёзных и планируемых успехов в расселенческой и градостроительной политике.
Монархи и их государства создавали новые поселения и развивали сеть городов, перестраивали и улучшали существующие города и районы.
Расселение было превращено в одну из главных функций монархической власти и государства. И обратно, организуемая ими система расселения создавала новую культуру и державность.
Важно обратить также внимание на то, что типы порядка могут и должны быть разными, что вызовом для градостроительства и общей нашей культуры в 21 веке является именно порождение на бумаге и «в натуре» разных типов подлинного порядка и реализующих эти модели и идеи схемы разселения
Подлинные порядки многообразны. И новая державность и культура будет состоять в том, что население страны будет хотеть и требовать от власти не только порядка, но и порядков – разных порядков для конкретных полисов и поместий, мест собственного невременного и невокзального проживания.

_________________________________________


[i] Подробнее о поместно-усадебной урбанизации см. цикл статей по градостроительному развитию страны А. Кривова и Ю.Крупнова «Что мы настроили, как мы строимся и как надо строиться» (www.kroupnov.ru/5/77_1.shtml), «Выбытие» (http://www.kroupnov.ru/5/78_1.shtml), а также: «Страна-сад», «Поместная урбанизация», «Рай на Земле», «Странообразующая отрасль», «Космический прорыв на Земле», «Дом», «Где взять средства на дом для каждой семьи?», «Градостроительные тупики», «Усадьба-поместье», «Вся власть – помещикам!», «Полисы в России и мире 21 века», «Импотека», «Деревянная Россия» и др. по проблемам градостроительства, которые опубликованы на www.kroupnov.ru/5/main.shtml

[ii] «ГРЕХОВНОСТЬ» РЕФОРМ КАК ПРИЧИНА ЭПИДЕМИИ СВЕРХСМЕРТНОСТИ В РОССИИ» – www.larouchepub.com/russian/tvm/memor4.html#art1. Очень важны здесь также работы Н. Римашевской, В.В. Давыдова, В.В. Коссова, В.П. Казначеева, П.Х. Зайдфудима, президента Академии проблем качества А.В. Гличева, профессора Ю.В. Крянева, покойного ныне замечательного экономиста М. Голанского и др.

[iv] Проблема организации развития страны вокруг подъема качества жизни и использования внеэкономической, по терминологии замечательного русского экономиста М. Голанского, модели национального развития подробно рассматривается в статье Ю. Крупнова «Россия имеет все шансы стать мировой державой» – http://www.p-rossii.ru/articles/stat13.phtml

[v] Грязнова Н.В. Архитектурно-пространственное преобразование российской провинции в конце XVIII – начале XIX веков: замысел и реализация (на примере Тамбовской губернии). – Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата архитектуры, Москва, 2000, сс. 6 – 11, работа представлена на ресурсе www.archi.ru

Публикации | 19:05, 15.01.2004 

Опубликовано: Юрий Крупнов

Похожие записи

Оставить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.