Стать мировой державой



Нам до всего в мире есть дело…
Протоирей Всеволод Чаплин
         Хорошо, что в современной российской публицистике начинают понемногу и вслух обсуждаться проблема России как мировой державы, которую мне приходится в малоприятном одиночестве пытаться формулировать последние три года (http://www.pereplet.ru/avtori/krupnov.html).
         Термин и идею мировой державы, а также тесно связанное с ней представление о мироразвитии крайне своевременно выделил в своём критическом разборе работы Ю.В. Громыко (“Проблемы устойчивого развития. К проходящему в Йоханнесбурге “Саммиту Земли” – всемирной конференции ООН по устойчивому развитию” лучший, с моей точки зрения, политический обозреватель “Русского журнала” Михаил Ремизов (“Ковчег” vs. “локомотив”. Заметки по следам недели” – “Русский Журнал”, 1 Сентября 2002.
         Конечно же, я убеждённо не согласен со следующим утверждением М. Ремизова: безсмысленно “спорить о том, является ли Россия “региональной” или же “мировой” Державой?”, эти спорящие “выглядели бы гораздо лучше, если бы спорили попросту: Держава ли Россия, есть ли она и будет ли? В этом еще есть какая-то осмысленность. В вышеупомянутом споре – ее нет: ибо для России быть региональной державой и быть мировой державой – в строгом смысле одно и то же”
         И я утверждаю, что сегодня у страны нет более важного вопроса и дела как стать мировой державой.
         Важность здесь не только в том, что рецепт России по переходу из статуса одной из двух супердержав в региональную державу, т.е. в страну, которой разрешено действовать исключительно на своей территории, нам регулярно прописывал Бжезинский.
         Важность выделения и постановки проблемы мировой державы – в понимании политическим классом и всем населением страны будущего и формы российской государственности как того, что приоритетно определяет историческую судьбу страны и мира, существование во Всемирной Истории нашей страны и каждого из тех, кто любит Россию.
         Понятие мировой державы не несёт какой-либо иной смысловой или технологической нагрузки, чем указание на “нашу умственную и нравственную самостоятельность” (А. Григорьев), на суверенитет и самодеятельность России в мире, на наличие у страны миропонимания и позиции как способность мыслить и действовать по постановке и решению мировых проблем – всеобще значимых для Человечества и каждого жителя Земли предельных вопросов.
         Такое указание дорогого стоит, поскольку оно является способом организации направленности общественного сознания и, отсюда, единства тех, кто связывает свою судьбу и жизнь с родной страной.
         С точки зрения политической философии миродержавность является более правильной формой обозначения и удерживания независимости, чем замечательная идея К. Шмитта о том, что независимость существует в способности объявлять чрезвычайное положение. С моей точки зрения, в современном мире независимость существует в способности проэктировать мировое действие и мироразвитие с собственной позиции и организовывать под выполнение такого действия группу.
         Понятие мировой Державы также важно и для обозначения полномасштабности и полноты взаимосвязи непровинциального действия, для выверки формы державности, которая существует не вообще, а определяется тысячелетней традицией и мировой ситуацией, а также для определения порядка сопоставления собственной страны с другими странами, межстрановыми объединениями и культурами как обязательной.
         Проблема мировой Державы может чувствоваться не тогда, когда предприниматель М. Ходорковский спорит с предпринимателем О. Дерипаской о ВТО, а тогда, к примеру, когда в академической статье два североамериканских профессора подробно характеризуют статус США в мире и, между делом, замечают, что “России нужно не менее 25 лет, чтобы достичь могущества США” (American Primacy in Perspective. By Stephen G. Brooks and William C. Wohlforth, – From Foreign Affairs, July/August 2002, – http://www.foreignaffairs.org/Search/printable_fulltext.asp?i=20020701FAEssay8517.xml).
         И такое понимание мировой державы нужно не для вызова приступа антиамериканизма или тоски по сведению счёта, а для обсуждения российского проекта мирового развития и организации планирования действий России в мире как минимум на 25-летний срок. Потому что только в этом случае Россия может состояться как мировая держава – а выбором, стоящей за столь похожим, казалось бы, термином “региональная держава”, будет окончательное провинциальное небытие РФ, когда и сегодня и еще 25 лет первой заботой правительства будут долги по учительской зарплате, размер которой аж тысяча долларов в год.
         В мире сегодня проблема мировой Державы является ключевой. Европейцы пытаются мыслить себя в качестве “кооперативной мировой державы”, американцам важно осознавать себя “абсолютно первой” среди многих других мировых держав, во многих странах обсуждают зоны ответственности для мировых держав. Для России же быть мировой Державой означает, прежде всего, воспроизведение своего тысячелетнего единства в форме предложения справедливого миропорядка. Выбором мировой державности России может быть только последний распад страны и трансмутация её в геополитический Чернобыль.
         Мировая Держава в русском языке изначально исключает все агрессивные смыслы, поскольку за именно Мировой Державой стоит вовсе не политическая география, а полное преодоление географии и агрессии за счёт выдвижения на первый план всеобщего или универсального убеждения мироразвития с позиции единого человечества и согласованного развития во всемирном соревновании всех без исключения историко-политических миров.
         Таким образом, мировая Держава как сверхзадача современной России – это не глобальные притязания на монопольную власть, не империя, не второе издание сверхдержавы и даже не великая держава (поскольку не дело себя самих называть великими), а средство, инструмент постановки и решения общих для всех народов, стран и людей мировых проблем.
         Нравится нам или нет, но Россия, как и весь мир, стоит перед вызовом. Даже безбожно раздуваемый “терроризм” является всего лишь оборотной медалью неспособности стран и народов предложить реалистичный общественный проект и миропорядок в условиях оголтелого навязывания США и “мировой развитой культурой” своей крайне сомнительной модели в качестве самой совершенной и единственной.
         Как, к примеру, относиться к заявлению Президента США Дж. Буша в ходе его выступления 1 июня 2002 года перед выпускниками знаменитого Вест-Пойнта – главной Военной Академии США – о том, что на конец прошедшего века “выжила и оказалась дееспособной только одна-единственная модель прогресса человечества” (“The 20th century, he said, “ended with a single surviving model of human progress”) и что Вест-Пойнт является стражем тех ценностей, которые формируют солдат, которые, в свою очередь, формируют историю мира” (“The United States Military Academy is the guardian of values that have shaped the soldiers who have shaped the history of the world” – The New York Times, 02.06.2002).
         Формирование или придание формы мировой истории, буквально, по-американски, приём всемирной истории на сегодняшний день является общепризнанным методом ухода от мировых проблем в пространство мировой войны.
         Послесовременный или постмодерновый мир характеризуется “полным разрушением различий между внутренними и внешними делами”, “взаимным вмешательством в то, что раньше традиционно считалось исключительно внутренними делами и взаимное надзирательство”, “отвержение силы для разрешения споров” и т.д.
         Тем, кто жил в советское время, эффективность сего принципа добровольности, в умелых руках всегда оборачивающегося полной принудительностью, хорошо известен.
         В чистом виде – административно-командная система (выдуманная в 80-е годы идеологами “рыночных реформ”, особенно преуспел здесь Г.Х. Попов) в мировом масштабе. Только если наши “аналитики” разоблачали советский строй как состоявшуюся административно-командную систему “в одной стране”, то популярные сегодня “аналитики” (а правильнее, конечно, идеологи) Западного мира утверждают административно-командную систему в качестве уже проекта для всего мира.
         Причём проекта безотлагательного, от которого зависит буквально всё, поскольку “в модерновом мире продолжается секретная гонка по приобретение ядерного оружия.          Слабость нашей страны не может служить возражением против курса на мировую Державу. Обобранность и униженность родной страны должны вызывать у нас боль и стыд, раскаяние, а не желание изобретать объяснения и “теории” по поводу естественности» и “закономерности” сегодняшнего состояния. Нельзя немощь своей страны превращать в повод для позиционной капитуляции и самооправдания своего прямого или косвенного участия в дальнейшем разграблении и уничтожении.
         Дальнейшая слабость России – прямой курс на мировую войну, поскольку упорствование в слабости напрямую провоцирует те элиты, которые воображают себя  “новыми империалистами”, на окончательное уничтожение России. Признаваемая слабость и демонстрируемая угодливость рождает соблазн не только окончательно “поставить на место” РФ, но и смело выходить на глобальный простор без опасения встретить препятствие со стороны России.
         Россия как мировая Держава – это сегодня еще и напрямую удерживание сил, которые именно в мировой войне видят единственное средство решения общих и частных проблем.
                  
         На место глобализации Россия должна выйти с инициативой мироизации, т.е. безусловного признания абсолютного права на самостоятельную мировую политику всех народов, стран, транснациональных и иных сообществ мира, права каждого сообщества строить свой собственный мир как вклад в миро-развития, как всеобщее дело Человечества и без ущерба для любого иного всеобщего мира. Курс на «мироизацию» фактически означает требование на организацию справедливого миропорядка и складывание нового мирового сообщества.

         В основу мироизации необходимо положить обозначение ключевых мировых проблем, затрагивающих “сверху донизу” и “справа налево” всё Человечество, все страны, народы, каждого конкретного жителя Земли.
          Вот Россия и должна срочно предложить список этих “настоящих вопросов” и дать свои серьезные версии “настоящих ответов” на них – т.е. международных средств решения данных мировых проблем.   Не только не дать любителям простых решений создать монополярный мир и навязать всему человечеству гегемонию США и НАТО, не только предотвратить неминуемую в подобном случае Пятую мировую войну – но и в чисто созидательном залоге предложить миру новый миропорядок, когда всё человечество, все страны и народы мира включаются в решение мировых проблем и становятся совместными организаторами продвижения мироразвития.
         Основу новой мировой политики России должно составлять предложение миру осознать опасность и реальный факт начавшегося слома мирового порядка в форме нарушения Устава ООН.
         Центральной идеей нового миропорядка следовало бы признать крах идеи объединения только наций (ООН или Лиги наций) как организованности исключительно правительств разных национальных государств.
         Идея нового миропорядка, выдвигаемая Россией, могла бы строиться на более сложных взглядах (включающем в себя и взгляд объединенных наций как важнейший, как задающий преемственность и воспроизводство итогов 2-й Мировой войны) межличностного согласия, на убеждении коллективного межличностного права, где персоной такого права являются все лица (организации, народы, правительства, отдельные личности), которые соглашаются и практически реализуют идею мироразвития, признают новую персону мироразвития – Человечество, а также утверждают полный отказ от войн и насилия, от агрессии и терроризма как невозможных “иных средств осуществления политики”, полностью исключают войны-агрессии как средства осуществления политики. Также – на место прав человека – права личности, права различных народов, этно-конфессиональных общностей, коллективов, правительств и отдельных людей, всего человечества в целом.
         Организация Россией союза мироразвития вовсе не отрицает определению её своих союзников на ближайшие двадцать – тридцать лет.
         Но есть две небольшие страны, которые за последние пять лет отчетливо обозна-чили устойчивую волю и человеческий интерес ставить и решать мировые проблемы.
         Такой союз тем более важен, поскольку он очерчивает то пространство – пространство Тихого или, как его раньше называли в России, Великого океана, которое должно под эгидой России стать главным плацдармом мироразвития в этом 21-м веке.
         Союз Юго-Восточного гигантского региона вплоть до Австралии и Мадагаскара – это возможность для России реализовать свою мировую державность в 21 веке в качестве тихоокеанского лидера.

         Для этого России нужна Новая Восточная политика (http://www.pereplet.ru/text/krupnov28apr02.html), определяющая смысл её присутствия и действия в пространстве между Америкой и Азией.
         “Россия уже в силу своего расположения не может быть региональной державой с региональными или субглобальными интересами”, – пишет в монографии “Россия и мир в новом тысячелетии” выдающийся профессионал военного дела и военной дипломатии Л.Г. Ивашов (Москва, Палея-Мишин, 2000, стр. 206).
          “Россия может существовать в 21 веке только как Великая Держава, способная обезпечить достойное качество жизни своим народам и защитить свои национальные интересы в мировой политике и экономике”, – вот она, доктрина России в 21 веке, “национальная идея”, кратко сформулированная директором Института США и Канады РАН Сергеем Михайловичем Роговым (там же, 5 -6), автором беспрецедентного “евразийского проекта России”, определяющего превращение “сердцевинной земли” Евразии  в глобальную ось мирового развития (“Независимая газета”, “НГ-сценарии”, 29 августа 1996 г.).
         Реализация доктрины России в 21 веке – восстановление страны в качестве Мировой Державы – возможно только в том случае, если сегодня это станет главным делом каждого русскоязычного в мире.
(Программа Максимум)

Похожие записи

Оставить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.